Но вот безликие стаи уже беззвучными стали, и взгляды не провожали навеки чужих имен.

Я все им навек прощала, и мне они все прощали, и над бескрайним простором простер крыла небосвод.

В просторном и светлом храме освобожденной памяти я имя творила тебе...

6.

Имя твое серебряное крошечными молоточками однажды гномы сковали...

И, отправляясь в путь, имя твое серебряное на тонкой прочной цепочке повесила я на грудь.

И стало оно талисманом,

и все по далекому звону

в толпе узнавали меня,

и спрашивали незнакомые:

скажите, чье она имя

так гордо несет, звеня?

Бывало, на звон надежная протягивалась ладонь, хоть чаще имя притягивало молнийный резкий огонь.

Но крепла дерзкая гордость отчаянным талисманом!

Имя твое серебряное звенит на моей груди - и отзываются травы, и отзываются птицы, и день, что уже свершился, и тот, что еще впереди.

Имя твое сиреневое

в мае правит вселенной. Припасть к его аромату - живую душу вдохнуть...

Имя твое сиреневое

я с самой высокой ветки сорвала и приколола на грудь.

Иду по жаркому лету,

иду по осенним лужам,

иду по мерзлому снегу

сквозь ледяные ветра,

как в облаке аромата!

И знаю - я в мире главная хранительница сирени, хранительница серебра.

Имя твое серебряное, имя твое сиреневое несу на груди.

Услышал?

Узнал?

Подойди...

* * *

Сонет о первой любви

Забытый мой, разыскивать не надо те губы, что в смятенье и печали о поцелуе даже не мечтали, то сердце, что просило только взгляда.

С трудом из зачарованного сада своей любви я вырвалась. Встречали меня шальные брызги на причале, оседланные кони у ограды.

Я с милым другом сквозь ветра летела и уплывала в лунное молчанье, в полночный аромат высоких трав.