Внизу в прихожей бывший гимназист Стоит перед швейцаром без фуражки. Швейцар откормлен, груб и неречист: "Ведь грамотный, поди, не трубочист! "Нет мест" - вон на стене висит бумажка". [1909] Саша Черный. Стихотворения. Ленинград, "Советский писатель", 1960.

ОКРАИНА ПЕТЕРБУРГА Время года неизвестно. Мгла клубится пеленой. С неба падает отвесно Мелкий бисер водяной.

Фонари горят как бельма, Липкий смрад навис кругом, За рубашку ветер-шельма Лезет острым холодком.

Пьяный чуйка обнял нежно Мокрый столб - и голосит. Бесконечно, безнадежно Кислый дождик моросит...

Поливает стены, крыши, Землю, дрожки, лошадей. Из ночной пивной всё лише Граммофон хрипит, злодей.

"Па-ца-луем дай забвенье!" Прямо за сердце берет. На панели тоже пенье: Проститутку дворник бьет.

Брань и звуки заушений... И на них из всех дверей Побежали светотени Жадных к зрелищу зверей.

Смех, советы, прибаутки, Хлипкий плач, свистки и вой Мчится к бедной проститутке Постовой городовой.

Увели... Темно и тихо. Лишь в ночной пивной вдали Граммофон выводит лихо: "Муки сердца утоли!" Саша Черный. Стихотворения. Ленинград, "Советский писатель", 1960.

НА ОТКРЫТИИ ВЫСТАВКИ Дамы в шляпках "кэк-уоках", Холодок публичных глаз, Лица в складках и отеках, Трэны, перья, ленты, газ. В незначительных намеках Штемпеля готовых фраз.

Кисло-сладкие мужчины, Знаменитости без лиц, Строят знающие мины, С видом слушающих птиц Шевелюры клонят ниц И исследуют причины.

На стене упорный труд Вдохновенье и бездарность... Пусть же мудрый и верблюд Совершают строгий суд: Отрицанье, благодарность Или звонкий словоблуд...

Умирающий больной. Фиолетовые свиньи. Стая галок над копной. Блюдо раков. Пьяный Ной. Бюст молочницы Аксиньи, И кобыла под сосной.

Вдохновенное Nocturno*, Рядом рыжий пиджачок, Растопыренный над урной... Дама смотрит в кулачок И рассеянным: "Недурно!" Налепляет ярлычок.