В переулке я поймал Человека с ясным взглядом. Я пошел тихонько рядом: "Здравствуй, ближний..." - "Вы "ахал!" - "Извините..."

Я пришел домой в чаду, Переполненный раздумьем. Мысль играла в чехарду То с насмешкой, то с безумьем. Пропаду!

Тихо входит няня в дверь. Вот еще один философ: "Что сидишь, как дикий зверь? Плюнь, да веруй - без вопросов.: - "В Гунияди?"

- "Гу-ни-я-ди? Кто такой? Не немецкий ли святой? Для спасения души Все святые хороши..." Вышла. [1909] Саша Черный. Стихотворения. Ленинград, "Советский писатель", 1960.

ОПЯТЬ Опять опадают кусты и деревья, Бронхитное небо слезится опять, И дачники, бросив сырые кочевья,

Бегут, ошалевшие, вспять.

Опять, перестроив и душу, и тело (Цветочки и летнее солнце - увы!), Творим городское, ненужное дело

До новой весенней травы.

Начало сезона. Ни света, ни красок, Как призраки, носятся тени людей.. Опять одинаковость сереньких масок

От гения до лошадей.

По улицам шляется смерть. Проклинает Безрадостный город и жизнь без надежд, С презреньем, зевая, на землю толкает

Несчастных, случайных невежд.

А рядом духовная смерть свирепеет И сослепу косит, пьяна и сильна. Всё мало и мало - коса не тупеет,

И даль безнадежно черна.

Что будет? Опять соберутся Гучковы И мелочи будут, скучая, жевать, А мелочи будут сплетаться в оковы,

И их никому не порвать.

О, дом сумасшедших, огромный и грязный! К оконным глазницам припал человек: Он видит бесформенный мрак безобразный,

И в страхе, что это навек,

В мучительной жажде надежды и красок Выходит на улицу, ищет людей... Как страшно найти одинаковость масок

От гения до лошадей! [1908] Саша Черный. Стихотворения. Ленинград, "Советский писатель", 1960.

КУЛЬТУРНАЯ РАБОТА Утро. Мутные стекла как бельма, Самовар на столе замолчал. Прочел о визитах Вильгельма И сразу смертельно устал.

Шагал от дверей до окошка, Барабанил марш по стеклу И следил, как хозяйская кошка Ловила свой хвост на полу.